— Вы здесь работаете? — спросила Вера единственное, что пришло ей в голову.

— Да! Вот в эти высокие двери я вхожу каждый день, поднимаюсь в лифте на пятый этаж... Видите третье окно справа от угла? Это мой кабинет, рядом подчиненные.

— И много их? — Вера Петровна решила польстить самолюбию Романа, вопрос о подчиненных должен был ему понравиться.

— Видите ли... Один в отпуске, второй оформляется, третий... еще не в штате. Я попрошу вас вот о чем... Посидите вон на той скамейке, а я вернусь через десять минут. И тогда мы поедем домой. Хорошо?

— Конечно, подожду, — сказала Вера Петровна, чувствуя, что освобождается от скованности. Уж если он поступает так, то и ей нечего волноваться.

— У нас пропускная система, швейцары, вахтеры, милиционеры и так далее. С ними лучше не связываться. — Роман оглянулся по сторонам, и Вера Петровна догадалась, что он не хочет, чтобы их видели вместе.

— Ваша девушка тоже работает здесь?

— Девушка? — Роман растерялся.

— Просто подумалось... Я угадала?

— И да и нет. Это не так. Иначе мы с вами... Я скоро! — Он махнул рукой и направился к подъезду, помахивая портфелем, так странно похожим на своего хозяина — портфель тоже был небольшим и так плотно набит, что его ремни еле дотянулись до замков. Роман шагал четко и часто, штаны его морщинились, задний разрез на пиджаке разошелся в стороны — поправился Роман, видимо, недавно и еще не успел сменить костюм.

Еще до поездки Вера Петровна определила для себя, каким она может принять своего киевского знакомого, каким не примет ни при каких условиях. Пока Роман не восхитил ее ни внешностью, ни манерами, но и не переступил он порог допустимого. Сидя на скамейке, радуясь возможности в начале весны насладиться сильным, жарким солнцем, Вера Петровна рассматривала проходивших мимо людей в легких одеждах, уже успевших загореть, смотрела на яркие клумбы с цветами и незаметно задремала. Когда Роман подошел к ней, она крепко спала, положив голову на чемодан.